Сергеева Татьяна Яковлевна
   

Сергеева Татьяна Яковлевна

 

Родилась в 1939 году в д. Ефимовка Омской области. После окончания семилетки работала в полеводческой бригаде, затем свинаркой. В 1959 году Татьяна Яковлевна взяла на откорм более 2000 поросят и откормила каждого до 100 кг.

   29 декабря 1959 года Указом Верховного Совета СССР Сергеева Татьяна Яковлевна была награждена орденом Ленина с присвоением звания Героя Социалистического Труда и вручением Золотой Звезды. Татьяна Яковлевна была делегатом XXII (1961 г.) и XXVII (1986 г.) съездов КПСС, а также делегатом XX областной партконференции, депутатом Кемеровского областного Совета народных депутатов.

Сергеева Татьяна Яковлевна родилась в 1939 году в деревне Ефимовка Омской области в многодетной семье.

В 1953 году вместе с семьей переехала в совхоз «Победитель» этого же района. После окончания семилетки начала работать в полеводческой бригаде, затем несколько лет работала свинаркой. Летом рабочий день начинался в пять часов утра и заканчивался в десять вечера. Работа была физически тяжелая, но девушка отличалась упорством и трудолюбием.

В 1959 году Татьяна Яковлевна взяла на откорм 2070 маленьких поросят и сдала государству свиней по 100 кг каждую. 29 декабря 1959 года за выдающиеся успехи по увеличению производства мяса, достигнутые в результате применения передовых методов Указом Верховного Совета СССР Сергеева Татьяна Яковлевна была награждена орденом Ленина с присвоением звания Героя Социалистического Труда и вручением Золотой Звезды.

В 1964 году она получила диплом зоотехника- организатора, работала на свиноферме и зоотехником-селекционером в совхозах «Угольщик» и «Тру- дармейский». С 1973-го по 1980 год работала бригадиром на птицефабрике «Горнячка».

Татьяна Яковлевна была делегатом XXII (1961 г.) и XXVII (1986 г.) съездов КПСС, а также делегатом XX областной партконференции, депутатом Кемеровского областного Совета народных депутатов.

С 1995 года Сергеева Татьяна Яковлевна находится на заслуженном отдыхе.

 

Статьи о Т.Я. Сергеевой.

 

Бабушкина, Н. ЕСТЬ ЖЕНЩИНЫ В НАШИХ СЕЛЕНЬЯХ // Сельская новь. - 2006. - 6 июня.

 

Говорят, героями не рождаются, ими становятся. В одних и тех же обстоятельствах люди по-разному проявляют себя, и, чего уж тут душой кривить: не так-то много найдется среди нас таких, чьи поступки можно было бы с полным правом назвать геройскими, деяния которых были бы не просто достойны уважения и восхищения, но и признаны родным Отечеством, отмечены на уровне правительства самыми высокими государственными наградами.

Татьяна Яковлевна Сергеева стала героиней (в буквальном смысле этого слова) в двадцать лет. В возрасте, в котором сегодняшние девчонки еще не могут толком определиться с выбором профессии, ей, простой свинарке, за самоотверженный труд уже были вручены высокие правительственные награды - орден Ленина и Золотая Звезда Героя Социалистического Труда! Все последующие годы своей жизни, до самого выхода на заслуженный отдых, она неустанно подтверждала эту высокую награду своим неутомимым трудом и ответственностью за порученное дело.

   Татьяне Яковлевне сейчас шестьдесят семь лет, но, как и прежде, во главу своей жизни она ставит труд: споро управляется в собственном доме и на подворье, помогает детям, ведет активную работу в Совете ветеранов. Нигде без неугомонной Татьяны Яковлевны не обходится. Иной жизни - ленивой, сытой, беспечной - она и не пробовала. Да и вряд ли смогла почувствовать себя счастливой, если бы и  представилась такая возможность.

Родилась Татьяна в Омской области, в небольшой деревушке Ефимовка, в бедной крестьянской семье, где, кроме нее, росли еще шесть ребятишек. Когда отца Тани в Великую Отечественную забрали на фронт (с войны он так и не вернулся), жизнь многодетной семьи без кормильца, и без того неблагополучная, и вовсе стала тяжелой. Мать тянулась из последних сил, стараясь свести концы с концами, дети, как это было принято испокон веков в крестьянских семьях, тоже не сидели, сложа руки, но все равно отсутствие мужика в доме было слишком ощутимым. Счастье, что несовершеннолетнюю Таню взяли работать на колхозную свиноферму. Она должна была ухаживать за несколькими сотнями свиней.

Двухмесячных поросят надо было откармливать до максимального веса, который по норме должен был составлять не менее пяти пудов (85-90 кг). Работа выматывала так, что к концу рабочего дня впору было без сил падать рядом со своими чумазыми питомцами. Но Танюша в работе всегда была девка-огонь, в руках у нее все так и кипело. Опытная свинарка-эстонка, работавшая в одной бригаде с Таней, глядя, как ловко и споро управляется эта сильная, не по-девичьи рослая дивчина с полутора тысячами хрюшек, сказала как-то управляющему, кивнув уважительно в сторону Тани: «С этой девчонки будет толк». А тот, какое-то время понаблюдав за работой девушки, подошел к ней, жалеючи погладил по голове, и, тяжело вздохнув, сказал: «Бедная ты, бедная девочка ... Если бы я был твоим отцом, я бы не пустил тебя на эту каторгу». В ответ Таня невесело улыбнулась: «Если бы мой отец был жив, он бы тоже не пустил меня сюда ... ».

Свиноферма располагалась не в самой деревне, а в пяти километрах от нее, в глуби леса. Местные жители называли такие фермы лесными лагерями. Они имели свои преимущества: самым главным из них было то, что для содержания большого поголовья свиней не требовалось сооружать специальных капитальных помещений, к тому же в естественных природных условиях без проблем складировалось огромное количество отходов от животных (навоза). Вплоть до шестидесятых годов весь уход за животными приходилось осуществлять вручную, исключение составляли лишь автопоилки. Свинарки (в бригаде было по шесть человек) работали в этих «свиных лесных лагерях» весь световой день, и за это время в плотном графике их обязанностей трудно было выкроить даже минутку - другую на то, чтобы хотя бы перевести дух. Двухмесячные поросята, попадая в лесной лагерь, несмотря на укоренившееся пренебрежительное отношение человечества к свинячьему роду, очень быстро привыкали к определенному режиму, подрастая и доказывая в дальнейшем всем своим поведением, что не такие уж они неряшливые и ленивые, какими пытаются представить их люди.

Утро в лесном лагере начиналось с выгула свиней. Каждый раз повторялось одно и то же: Таня заходила в загон, свиньи сразу же настороженно поднимали торчком уши и буравили ее своими маленькими глазками. Девушка набирала в легкие воздух, изо всех сил свистела в длинный, похожий на рожок, свисток и открывала загон. Так повторялось изо дня в день, из месяца в месяц, поэтому смышленые (а точнее сказать - натренированные за время своего пребывания в свинячьем лагере к определенному режиму) хрюшки отлично понимали, что значит эта команда.

Летом по утоптанной ими грунтовой, зимой - по специально расчищенной трактором дороге свиньи бросались бежать, суматошно визжа и хрюкая, прочь от загона. Пробежка длиной в один километр входила в их обязательный распорядок дня. Свинарка, не теряя времени даром, должна была в течение этого времени быстро почистить загон от скопившегося за ночь навоза, перестелить территорию свежей соломой, раскидать корм, привезенный на бричке в вагонетках. Никаких специальных заграждений, ограничивающих свободное передвижение животных, не существовало. Но «подопечные» не разбегались, хорошо зная и время очередной процедуры, и место, куда нужно было прийти на кормежку, отдых или на ночлег. Помимо обязанностей по уходу за свиньями каждая свинарка должна была выбрать время, чтобы успеть прополоть по одному гектару свеклы.

В 1960 году ручной труд на свиноферме стал потихоньку вытесняться механизированным. Это позволило значительно увеличить количество свиного поголовья. И вскоре вместо полутора тысяч Тане поручили уход уже за пятью тысячами свиней. Ее чистые и ухоженные хрюшки крупно-белой породы, устойчивые к суровым сибирским климатическим условиям, давали хороший привес. Даже во время массового падежа (в затяжную дождливую непогоду свиней обычно нещадно косила страшная болезнь - рожа, а в 1955 году в стаде случилась вспышка чумы) Татьяне, благодаря собственной смекалке, интуиции и приобретенному опыту, удалось избежать падежа и сохранить вверенное ей поголовье живым и здоровым.                             

                                   Оценка ее трудовых усилий была достойной: 20-летнюю колхозницу как передовика производства отправили делегатом на XXII съезд КПСС, где она была представлена к высокой награде - ей вручили орден Ленина и Золотую звезду Героя Социалистического Труда.

«Собирали меня в Москву всей деревней, - вспоминает Татьяна Яковлевна. - Ни надеть, ни обуть было нечего, да и не до нарядов тогда было - на работе считай что жили. Резиновые или кирзовые сапоги, заправленные в них шаровары, летняя куртка или зимняя телогрейка, повязанный на голове по самые брови платок - вот и весь наряд свинарки. В составе делегации (человек тридцать вместе с областным начальством) прибылая во Дворец съездов. Почетное дело - вручение наград - было поручено Климентию Ефремовичу Ворошилову. Вместе со всеми сидящими в зале бурно аплодировала поднимающимся на сцену, искренне радовалась за них.

И вдруг со сцены назвали мое имя. У меня от неожиданности (ведь никто не предупреждал, что меня тоже будут награждать!) ноги подкосились, стали ватными, сердце забилось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Как во сне, приблизилась я к Ворошилову. Он поздравил, приколол орден и звезду к моему платью, протянул для рукопожатия руку. Я его руку своей здоровой и сильной лапищей, привыкшей тягать лопаты с навозом и колоть свиней с одного маху, в порыве чувств так пожала, что бедный Ворошилов (и без того маленького росточку) даже присел от боли.

   И тут из президиума раздался заливистый веселый смех председателя ЦК КПСС Никиты Сергеевича Хрущева: «Осторожнее, осторожнее! - воскликнул он, шутя. - Ты, дорогая, мне так раньше времени угробишь Климентия, а ему сегодня еще не одну награду вручать».

Все дружно рассмеялись, поддержав шутку, а я, залившись пунцовой краской, смущенно и виновато улыбнулась в ответ. Потом, в перерыве, Никита Сергеевич подошел к нашей группе, узнал меня, поздравил с наградой, обнял, собственноручно пожал мне руку (на снимке). Вспомнив эпизод с рукопожатием, снова искренне рассмеялся. Мне довелось встретиться с Хрущевым еще - на этот раз уже в Новосибирске, на совещании работников сельского хозяйства.

 

 

Были и другие памятные встречи в Москве на XXVII Пленуме ЦК КПСС с интересными, известными всей стране людьми. В их числе был и Герой Советского Союза летчик Алексей Маресьев - он тоже оказался простым в общении человеком.

По возвращении домой из Москвы руководство предложило мне пойти учиться на зоотехника. Конечно же, я согласилась. Поехала в Омск получать образование. И хотя, казалось бы, вот она, моя мечта, исполнилась! - я, как дурная, тосковала по дому, работе, ферме, своим хрюшкам. Доходило до абсурда. Первый курс. Идут занятия. Время подходит к отметке, когда на свиноферме раздают корма. Я себе места не нахожу от беспокойства - казалось, что без меня там все не так сделают. В ушах стоит поросячий визг. Зажимала ладонями уши, чтобы не слышать этого. Хотелось бросить все и бежать туда, где, казалось, я нужнее!

   В 1964 году вернулась домой с дипломом зоотехника, да еще и с мужем. С ним мы познакомились во время учебы и поженились на последнем курсе. Родом мой супруг из Кемеровской области, поэтому вскоре мы переехали к нему на родину. Устроились в совхоз «Угольщик» Прокопьевского района, стали жить и работать в Котино. Оба поступили заочно в сельскохозяйственный институт, муж успешно окончил его, получил диплом зоотехника, а мне с рождением ребенка стало не до учебы - работа и семья отнимали все время.

Потом супруга перевели парторгом в Трудармейский совхоз. Здесь уже тридцать три года живем».

Проблем и трудностей у молодой семьи хватало. Неисправимого трудоголика Татьяну Сергееву от всего спасала все та же работа. Семь лет проработала она зоотехником-селекционером. Когда животноводство в совхозе стало приходить в упадок, скрепя сердце пришлось перейти бригадиром-птицеводом на птицеферму, откуда она и вышла на пенсию, отработав там четырнадцать лет.

«Конечно, - пожимает плечами Татьяна Яковлевна, - птицеводство и животноводство - это небо и земля. И хотя сердце мое было навек отдано представителям рогов и копыт, я с энтузиазмом взялась за дело на новом месте работы. Хваталась за все, старалась сделать как лучше.

  Помню, привезли песок (его надо добавлять в корм птице для лучшего переваривания пищи), а разгружать некому - уже конец смены, все заняты, никого с места не сдернешь. Что делать? Хоть криком кричи! Недолго думая, схватила в руки лопату и быстро с пятью тоннами песка управилась. Мужики потом удивленно пересмеивались: ну, говорят, и дурная же ты на работу, да здесь бы целой бригаде пыхтеть да пыхтеть, а она шир-пыр, и нету! А что мне эти пять тонн после моих-то свиней!.. »

   Татьяна Яковлевна с улыбкой показывает свои крупные, натруженные, мозолистые ладони. Глаза ее удивительно красивые, какие-то изумрудные, от улыбки теплеют. Она задумалась о чем-то своем, наконец-то спокойно присела, перестала суетиться. И хотя мы договаривались о встрече заранее, мне показалось, что приезд корреспондента был для нее все-таки некстати, чувствовалось: тяготила ее наша беседа, она ее торопила, подгоняла. Татьяна Яковлевна виновато махнула рукой: «Да просто некогда предаваться воспоминаниям, извините, меня ждут. Я обещала помочь. Вот так - вся жизнь на бегу...»

 

 

ФОТО

 

   
НАЦИОНАЛЬНЫЙ ФОНД ПОДГОТОВКИ КАДРОВ. ИНФОРМАТИЗАЦИЯ СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ.
Сайт сделан по технологии "Конструктор школьных сайтов".